Многие жестокие приказы Сталина были написаны под диктовку фронтовиков — Российская газета

«Война 1941-1945» и «Война и мир»

Сравните два документа из бесценного тома, связанные с именем Сталина. 2 апреля 1942 года он получает сообщение, что город Новороссийск, в тот момент главная база Черноморского флота, наводнен антисоветскими элементами и иностранными подданными, которых предлагалось депортировать. Вождь накладывает резолюцию красным карандашом: «Т-щу Берия. Правильно!

И. Сталин»1.

А вот его слова, произнесенные 22 мая 1945 года во время совещания по вопросам демобилизации Красной армии: «Каждому увольняемому бойцу продать по дешевой цене трофейные товары и дать жалование за столько лет, сколько он прослужил в армии. При увольнении на руки выдать сухой паек. …При демобилизации не отпускать бойцов и офицеров с пустыми руками — раздавать радиоприемники, велосипеды и др. вещи и, кроме того, организовать через хозяйственный аппарат полка продажу различных товаров»2.

«Историк обязан иногда, пригибая истину, подводить все действия исторического лица под одну идею, которую он вложил в это лицо. Художник… старается только понять и показать не известного деятеля, а человека»3.

Мудрено понять и показать человека в Верховном Главнокомандующем, о чьем жестокосердии написано так много. Такое под силу лишь гениальному писателю масштаба Льва Толстого. Но впервые обнародованные документы неопровержимо свидетельствуют: жестокость Сталина в начальный период войны по отношению, например, к генералам Западного фронта, потерпевшим сокрушительное поражение, отнюдь не была его личной инициативой, корни которой пытаются искать в подозрительности и беспощадности вождя. Нет и еще раз нет!

Инициатива исходила снизу.

План по расстрелу перевыполнен

…9. Башкирская АССР — первая категория (расстрел) — 500 чел., вторая категория (высылка) — 1500 чел.

…21. Татарская АССР — первая категория (расстрел) — 500 чел., вторая категория (высылка) — 1500 чел.»

Партия и правительство в лице И. Сталина и Н. Ежова давали сотрудникам НКВД «производственный план» уничтожения собственного народа.

Партия и правительство в лице И. Сталина и Н. Ежова (справа) давали сотрудникам НКВД «производственный план» уничтожения собственного народа. Фото wikimedia.org

Отдельным протоколом Политбюро ЦК ВКП(б) 31 июля 1937 года «отпустило НКВД из резервного фонда СНК» на эту грязную работу, «на оперативные расходы, связанные с проведением операции, 75 миллионов рублей». Факт сам по себе шокирующий, но хочется сказать не только об этом.

Получив приказ из центра, сотрудники НКВД тут же стали проявлять такую инициативу, что «отпущенных лимитов» стало не хватать. В тюрьмах оказалось гораздо больше людей, чем это даже предписывалось бесчеловечными планами репрессий.

Многие жестокие приказы Сталина были написаны под диктовку фронтовиков — Российская газета

Сталин, конечно, шел навстречу пожеланиям с мест, лично увеличивал лимиты по расстрелам (см. записку). Была такая инициатива и в Татарии.

В архиве КГБ РТ есть любопытный документ — «Сведения об использовании лимита по состоянию на 30 декабря 1937 года». В нем секретарь оперштаба НКВД Татреспублики младший лейтенант Госбезопасности Горский рапортует о том, как выполняется план репрессий:

  • категория (расстрел) — лимит — 2 350 чел., осуждено — 2 196 чел., остается —154 чел.
  • категория (высылка) — лимит 3 000 чел., осуждено 2 124 чел., остается 876 чел.»

(Архив КГБ РТ. Ф.109. Оп.1. Д.13. Л.338).

Вдумайтесь: план из центра был таков — расстрелять 500 человек. Через несколько месяцев офицер НКВД Татарии рапортует, что в республике расстреляно 2 196 человек и лимит не исчерпан. Осталось «недорасстрелянных» 154 человека!

Что это, как не инициатива снизу? «Творчество масс» на местах. И это лишь в течение 1937 года. Чем она объяснялась — борьбой за идею, непредвиденным количеством врагов? А может, той самой суммой — 75 миллионов рублей, — выделенной ЦК «на оперативные расходы»?

Приговоры 1-го секретаря Тупицына

Партийные работники, командиры батальонов, полков и дивизий, пережившие позор отступления, — бесчисленные авторы личных писем Сталину, в которых они требовали от Хозяина твердой рукой навести порядок в Красной армии.

Многие жестокие приказы Сталина были написаны под диктовку фронтовиков — Российская газета

Все знают о мужестве и доблести защитников Брестской крепости, многие помнят имена руководителей ее героической обороны — майора Гаврилова, полкового комиссара Фомина, капитана Зубачёва4. Но почему оборону, ставшую важным символом Победы, возглавили командиры, имевшие относительно невысокие воинские звания, ведь перед войной в крепости дислоцировались две стрелковые дивизии, входившие в состав 4-й армии?

«…Руководство 4 Армии оказалось неподготовленным организовать и руководить военными действиями. Это подтверждается целым рядом фактов… Вторжение немецких войск на нашу территорию произошло так легко потому, что ни одна часть и соединение не были готовы принять боя, поэтому вынуждены были или в беспорядке отступать или погибнуть. …

Естественно, при первых выстрелах среди красноармейцев создалась паника, а мощный шквал огня немецкой артиллерии быстро уничтожил обе дивизии. По рассказам красноармейцев, которым удалось спастись, заслуживает внимания и тот факт, что не все части и соединения имели патроны, не было патронов у бойцов. …

ПОДРОБНЕЕ:  Приказ о переименовании должности в штатном расписании

«Командующий 4-й армией снят с работы и отдан под суд. Жуков 9/VIII-1941 г.».

Судьба командарма сложилась трагически: 22 июля 1941 года генерал-майор Александр Андреевич Коробков был расстрелян за «халатность» и «неисполнение своих должностных обязанностей». Как видим, у суда были веские формальные основания для вынесения столь сурового приговора. Однако после окончания войны и смерти Сталина тем же самым фактам дали иную интерпретацию.

Выяснилось, что генералу пришлось сполна расплатиться не так за собственные очевидные просчёты, как за не подлежащие обнародованию ошибки высшего политического руководства страны. В первые дни войны командарм действовал гораздо увереннее и успешнее многих других военачальников Красной армии. Коробкова посмертно реабилитируют в 1957 году «за отсутствием состава преступления».

Уже после войны генерал-полковник Леонид Михайлович Сандалов, бывший начальник штаба 4-й армии, отчетливо сформулирует: командарм стал жертвой преступной логики времен Большого террора, когда «врагом народа» можно было стать без всякой вины — по спущенной сверху разнарядке. «Почему был арестован и предан суду именно командующий 4-й Армии Коробков, армия которого, хотя и понесла громадные потери, но всё же продолжала существовать и не теряла связи со штабом Западного фронта?

Это и определило судьбу Коробкова. В лице генерала Коробкова мы потеряли тогда хорошего командарма, который, я полагаю, стал бы впоследствии в шеренгу лучших командармов Красной армии».

Не только «сталинские»

В большинстве официальных документов по реабилитации жертв политических репрессий четко определяются их временные рамки — «период 30—40-х и начала 50-х годов». Даже в Татарском энциклопедическом словаре, изданном в 1999 году, репрессии ограничиваются рамками 1918—1954 годов. Говорится, что «все слои общества» репрессии затронули лишь в 1929—1938 годах и что «невинные жертвы на основании решений советского правительства реабилитированы».

Что же такое — политические репрессии? Каковы были их масштабы в нашей стране? Были ли они только «сталинскими»?

Более точно дать ответы на эти вопросы стало возможным лишь в ХХI веке, когда в ходе подготовки к изданию Книги Памяти жертв политических репрессий Республики Татарстан были рассекречены и компьютеризированы дела из республиканских архивов КГБ, МВД, Верховного суда и прокуратуры…

Прошло полвека с тех пор, как партийные чиновники разрешили советскому народу считать своих родных и близких, вырванных из мирной жизни, замученных в лагерях и тюрьмах, безвинными жертвами. Правда, сделано это было с большими оговорками. Поначалу объявлены безвинными только те, кто лично устанавливал, проливая кровь (в том числе и чужую), ту самую власть, которая их потом и сгубила.

Чистки старшего политрука Скляра

Многие жестокие приказы Сталина были написаны под диктовку фронтовиков — Российская газета

«Была попытка задержать, остановить бегство, но она не увенчалась успехом. Бойцы говорят: «Дайте нам патроны и снаряды, тогда мы вернемся, а с голыми руками на вооруженного противника не пойдем». …Людей довезли до фронта и бросили на произвол судьбы. Больших начальников не было видно, а штабов тоже.

Тылов тоже не было. …Я решил обратиться в штаб округа. Пошел, с большим трудом пробрался в штаб, больших начальников не оказалось в штабе. Младшие чины — часть сидели, лясы точили, а часть — кабинеты распределяли и наклеивали ярлыки; ответа не получил. …Таким образом скопилась такая наша сила на этом направлении, что можно было очистить любую 1/4 всей Европы.

Мехкорпуса имели хорошую нашу технику и имели хороших советских патриотов, они имели все условия для полной победы. Но долго они действовать не могли. Они смертельно действовали до тех пор, пока у них были боеприпасы и горючий материал, а как этого не стало, корпуса остановились в лесах. Враг, зная об этом, обрушился всей воздушной и наземной силой и разгромил эти наши прекрасные и грозные боевые единицы. …

Во всем этом, по моему мнению и по высказыванию других товарищей, вражеская рука напортила общему делу, враги пробрались к руководству войск и предали эти войска. Я думаю в округе ПрибОВО (Прибалтийском особом военном округе. — Авт.) надо провести большую чистку и освободиться от засилия вражеских элементов. Нашлись продажные шкуры, сами продались и продают других»6.

Спустя всего три дня, 7 июля, письмо доложат Председателю Государственного Комитета Обороты товарищу Сталину, перепечатают в трех экземплярах и присвоят высший гриф секретности «Особая папка». Меры были незамедлительно приняты. Чистка проведена. Виновные выявлены и наказаны.

На сей раз Сталин обошелся без расстрелов. Генерал Кузнецов был снят с поста командующего фронтом и некоторое время находился в распоряжении Ставки. В дальнейшем не очень удачно командовал несколькими армиями и в 1948 году был уволен в отставку с поста командующего войсками Уральского военного округа, сдав округ маршалу Жукову.

Его дивизия вступила в бой. А сам генерал Соколов вплоть до сентября 1941-го оставался на своем посту, ведя активную оборону, нанося немцам чувствительные контрудары и отступая лишь по приказу командования. В сентябре 1942-го в ожесточенных боях за Ржев генерал получит тяжелое ранение и в начале октября после серии операций умрет в госпитале от заражения крови. Без следа сгинет в горниле войны старший политрук Скляр…

ПОДРОБНЕЕ:  Отличие приказа от положения

Остается только гадать, сколько замечательных командиров потеряла бы Красная армия, прислушайся Сталин к каждому из призывов «снизу» вычистить и расстрелять.

Заградотряды майора Брикеля

Обращение Иосифа Сталина к солдатам во время парада на Красной площади. 7 ноября 1941 года. / РИА Новости

«Трудно даже подобрать название этому беспорядочному движению масс. Тысячи бойцов, охваченных паникой, без оружия, босых, никем не управляемых, часто сидящих верхом на крестьянских лошадях без уздечек, наводнили собою дороги, села от границы и почти до самого Киева, заходя в каждый колхоз, в каждый двор, попрошайничая и своим видом и рассказами сея панику.

Тысячи машин, тракторов, снарядов, орудий и т.д., и т.п. брошено по дорогам часто без малейшей попытки спасти материальную часть. …Но ведь эта лавина людей, танков, артиллерии, конницы, даже совершенно безоружная, способна только своей массой раздавить любой десант, какой бы силы он не был. И вот среди всей массы командиров и начальников, даже очень больших, не находится ни одного, который бы взял на себя инициативу, организовал этих людей, единой волей направил усилия этих масс и смял бы этот ничтожный десант, стоящий на пути и парализующий нас тыл.

В чем же заключается это решение? Майор предлагает создать заградотряды и пункты сбора отставших и заблудившихся воинов для направления их в свои части. Заметьте: это рекомендует не чекист или партаппаратчик, а кадровый военный, сам пострадавший в годы Большого террора: в декабре 1937 года майора исключили из партии и отстранили от должности, в январе 1939 уволили из армии, завели уголовное дело, а в феврале 1940-го вернули партбилет и восстановили в Красной армии…

И уже через месяц с небольшим после начала войны майор Брикель, не боясь ответственности за свою смелость, пишет письмо самому Сталину!

Не вина Брикеля, что он, «вследствие отсутствия связи с тылом»9, сможет отправить письмо адресату лишь спустя две недели, когда заградотряды уже будут созданы. Но на толкового и храброго майора обратят внимание и продвинут по службе. В феврале 1944 года Брикель станет генералом. Вместе с ним к маю 1944-го генеральское звание получат 1152 довоенных полковников, 182 подполковника, 186 майоров, 15 капитанов и один старший лейтенант10.

Воевать Павел Брикель будет умело и в высшей степени артистично, виртуозно осуществляя успешное взаимодействие кавалерии, артиллерии и танков. Сполна рассчитается с неприятелем за позор 1941 года: наголову разобьет немецкий парашютно-егерский полк, части 2-й дивизии «Герман Геринг», несколько специальных батальонов противника, захватит более тысячи пленных и во главе гвардейского кавалерийского полка в конном строю штурмом ворвется в немецкий город Рейнсберг.

Капитан госбезопасности М.Н. Тупицын.

После увольнения в запас кавалерист не сможет расстаться с делом всей жизни и до своего смертного часа будет работать директором ипподрома в Ростове-на-Дону.

Приказ № 270

«Я знаю, что наши дивизии не разбиты, убитых и раненых очень мало (так показывают почти все вышедшие из «окружения»), но из-за отсутствия руководства и управления дивизии разбежались. …Наши дивизии и полки были не разбиты, а дезорганизованы бездействием многих наших командиров и комиссаров, в результате чего части, брошенные их командирами, без управления и руководства теряли свою боеспособность и все, спасая свои шкуры, выходили из «окружения», бросив врагу богатую добычу — оружие и технику. …

Я прошу таких командиров и комиссаров дивизий.., совершивших величайшее преступление перед РОДИНОЙ, судить их со всей строгостью законов военного времени с тем, чтобы и другим было бы неповадно бросать свои части и предательски, спасая свои шкуры, выходить в одиночку из «окружения». Нам не нужны такие «герои», возвращающиеся одиночками под видом колхозников.

Через восемь месяцев ноябрьские предложения полковника преобразятся в знаменитый сталинский приказ. Но автору письма не суждено будет узнать об этом12. 17 июля 1942 года полковник Раевский скончается от ран, полученных на поле боя, а 28 июля будет выпущен приказ N 227 Народного комиссара обороны СССР товарища Сталина, в просторечии названный «Ни шагу назад!».

Изд-во Ленингр. ун-та, 1989. С. 31.4. Войска, расквартированные в крепости, не имели задачу на ее оборону. Оборонять ее вообще не планировали. По тревоге войска должны были выйти из крепости и следовать в районы обороны северо-западнее Бреста. Но из-за ураганного обстрела в первые минуты войны выйти успели не все.

Они оказались заблокированы в крепости — и волей-неволей начали ее оборонять. Так что много больших начальников там и не могло оказаться. Оказались те, кто не успел вывести свою часть из крепости. Я благодарен военному историку А.А. Смирнову, разъяснившему мне это.5. Вестник Архива Президента Российской Федерации.

ПОДРОБНЕЕ:  Унифицированная форма ИНВ-22. Приказ о проведении инвентаризации

Война 1941-1945. Выпуск 2 / главный редактор С.В. Кудряшов. М.: Издательство «Историческая литература», 2015. С. 25, 26.6. Там же. С. 37, 38, 39, 40.7. Там же. С. 38.8. Там же. С. 53, 55.9. Там же. С. 57.10. Доклад Ф.И. Голикова И.В. Сталину «О генералитете Красной Армии». 18 мая 1944 г. // Там же. С. 425.11. Там же. С. 119, 120.12. Полковник Н.П.

Раевский не в первый раз писал письмо во власть, предлагая ей свои рекомендации. Еще 31 декабря 1939 года он, командир стрелкового полка в 8й армии, направил докладную записку маршалу Ворошилову с критикой и разбором непорядков на фронте и в армейском тылу, с анализом причин неудач в борьбе с финнами и с предложением жестких мер по отношению к дезертирам, паникерам, разгильдяям и настаивал на применении комсоставом оружия.

Генерал-майор А.А. Коробков.

Маршал Тимошенко реализовал это предложение в пункте 6 «Дисциплинарного устава РККА» (1940): «Подчиненные обязаны беспрекословно повиноваться своим командирам и начальникам. В случае неповиновения, открытого сопротивления или злостного нарушения дисциплины и порядка командир имеет право принять все меры принуждения, вплоть до применения силы и оружия».

… Позорные факты сдачи в плен нашему заклятому врагу свидетельствуют о том, что в рядах Красной Армии, стойко и самоотверженно защищающей от подлых захватчиков свою Советскую Родину, имеются неустойчивые, малодушные, трусливые элементы. И эти трусливые элементы имеются не только среди красноармейцев, но и среди начальствующего состава.

Как известно, некоторые командиры и политработники своим поведением на фронте не только не показывают красноармейцам образцы смелости, стойкости и любви к Родине, а, наоборот, прячутся в щелях, возятся в канцеляриях, не видят и не наблюдают поля боя, при первых серьезных трудностях в бою пасуют перед врагом, срывают с себя знаки различия, дезертируют с поля боя… Трусов и дезертиров надо уничтожать…

1. Командиров и политработников, во время боя срывающих с себя знаки различия и дезертирующих в тыл или сдающихся в плен врагу, считать злостными дезертирами, семьи которых подлежат аресту как семьи нарушивших присягу и предавших свою Родину дезертиров.

Обязать всех вышестоящих командиров и комиссаров расстреливать на месте подобных дезертиров из начсостава.

2. Попавшим в окружение врага частям и подразделениям самоотверженно сражаться до последней возможности, беречь материальную часть, как зеницу ока, пробиваться к своим по тылам вражеских войск, нанося поражение фашистским собакам.

Обязать каждого военнослужащего, независимо от его служебного положения, потребовать от вышестоящего начальника, если часть его находится в окружении, драться до последней возможности, чтобы пробиться к своим, и если такой начальник или часть красноармейцев вместо организации отпора врагу предпочтут сдаться в плен, – уничтожать их всеми средствами, как наземными, так и воздушными, а семьи сдавшихся в плен красноармейцев лишать государственного пособия и помощи [курсив наш. – М.Н.].

3. Обязать командиров и комиссаров дивизий немедля смещать с постов командиров батальонов и полков, прячущихся в щелях во время боя и боящихся руководить ходом боя на поле сражения, снижать их по должности как самозванцев, переводить в рядовые, а при необходимости расстреливать их на месте, выдвигая на их место смелых и мужественных людей из младшего начсостава или из рядов отличившихся красноармейцев.

Приказ прочесть во всех ротах, эскадронах, батареях, эскадрильях, командах и штабах.

Справка о задержанных и расстрелянных перед строем красноармейцах. Cентябрь 1941 года.

Председатель Государственного Комитета Обороны И. Сталин

(Военно-исторический журнал. 1988. № 9. С. 26–28)

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Adblock
detector